Марина Андронова

Как чудесненько мне работается под ужастики. Включаю вечером ТВ-3 и радуюсь. Что угодно можно делать. И ужастик не пугает, и активация что надо...

Вот и зима настала. Значит, через три месяца будет весна!

Ура! Бублик начал есть! Сожрал курицу из супа, блюдечко молока выпил! Бодрый, бегает, ластится, играет с ковром. Как подменили котёнка.

По-моему, Бублик твёрдо решил, что я — большое тёплое дерево. Забирается на плечи и ползает там. Или просто лежит на шее, как воротник. Обязательно старается пристроиться так, чтобы мурчать прямо в ухо. Есть ничего не хочет. Может, просто объелся? У него там внизу на лестничной площадке целая столовая уже. Воду пьёт, выглядит бодрее, чем вчера. Пыталась носить его к ветеринару, но там, где у нас раньше была ветклиника, теперь автосервис. Будет плохо себя вести — повезу на Гагарина, 42.

З.Ы. Сегодня слышала, как Бублик мяучит. Хорошо мяучит, качественно...
З.З.Ы. Если Бублик — девочка, у него будут серьёзные проблемы с гендерной идентичностью!

Странный какой-то кисик. Ничего не ест. Даже молоко с пальца. Вылизывается как-то нехотя, пару раз лизнул и застрял. Не делает лужиц. Терминатор какой-то. Берёшь на руки — начинает мурчать. Не мяучит. Не играет с бумажкой, только вяло лапой толкает.

Отнесла кисика обратно на лестницу, потому что Вовка начал кашлять и слезиться. Назвали кисика Бубликом. Если утром ещё будет сидеть там — может, отнесу к ветеринару...

В общем, вот... Жалко, жить у нас он не сможет. Или она? Кажется, это всё-таки она.

Подбегаю это я сегодня утром к факультету экономики, смотрю — девочки стоят, в одинаковых курточках, три или четыре. Раздают чего-то. Ну всё, думаю, война агитация началась. День выборов скоро и всё такое. Прохожу мимо. «Доброе утро!» — говорит мне одна из девочек с сияющим лицом и протягивает... прокладку Allways.

Занавес.

Давно мне не было так смешно.

Волохонский сегодня ходил на марш несогласных, где его благополучно забрали куда надо вместе с другими кем надо. С перепугу в ожидании Волохонского сварила щи. И даже яйца, чтобы в щи класть. Вот. Правда, щи сильно пахнут базиликом, потому что в доме кончилось всё масло, кроме оливкового с ароматом базилика, а нужно же было на чём-то морковку с луком обжаривать. Так что сижу и дрожу — вдруг не понравится. Файрфокс почему-то не знает слова «щи» и подчёркивает его красненьким. Забавно. Хотела ещё картошку пожарить, но подумала, что картошка с ароматом базилика — это уже перебор.

Ещё принимала сегодня гостей. Приезжал в гости папа, привозил коллег из Дагестана, которые сейчас в Питере в командировке. Коллеги принесли вкусный тортик. И конфеты. Надеюсь, Волохонский им обрадуется. Тортику с конфетами, в смысле, а не коллегам. Коллеги уже давно уехали. Кажется, им у нас понравилось. Жалко, что они так и не познакомились с Волохонским.

В общем, дела обстоят хорошо. Мы ещё немножко разобрали последствия ремонта, упихав в одну коробку всё, что нужно отвезти в гараж. Теперь осталось только сделать этот решительный шаг. До того, как, фигурально выражаясь, петушиный крик возвестит день. У нас теперь очень уютно (будь Маськин ЖЖистом, он бы непременно это подтвердил! Маськин это уже видел!) и прикольно. Прямо даже хоть на работу не ходи. А придётся.

Борщ сварила. Впервые после начала ремонта. Смотрю, облизываюсь, умиляюсь. Жду Вовку. Вечерники.