Архив ноября, 2008

Раз пошла такая пьянка про взаимодействие

А знаете, что я ещё неоднократно замечала? Особенно в отношениях с мужчинами. Знакомлюсь с кем-нибудь, кто мне нравится (нравится в широком смысле слова, не обязательно в том самом), и получаю очень, очень хорошее мнение о себе. Мужика явно от меня прёт, причём прёт сильно и не по-деццки. Обнаруживается во мне и всякая там интеллектуальность, и романтичность, и красота, и ещё всякая разнообразная хрень, вызывающая массу положительных эмоций. А потом, буквально со второй встречи, — раз! и всё. Я чувствую, что разонравилась. И это не мой глюк, точно. Я знаю свои глюки достаточно хорошо. У меня такого нет.

С женщинами у меня бывает нечто похожее, но редко и не так быстро. Возможно, женщины просто лучше скрывают свои эмоции по поводу меня или я их хуже считываю.

Внимание, вопрос: что во мне может быть таким очаровательным при первой встрече, что полностью теряет очарование уже на второй?

Защищено: И ещё из самоанализа, напоследок

Это содержимое защищено паролем. Для его просмотра введите, пожалуйста, пароль:


О границах и статусе: отчасти диссертационное

К своему несчастью (а может — и к счастью), я имею очень приблизительные представления о статусных границах между студентами и преподавателями. Чем-то похожим страдал в своё время Волохонский, а потом у него как-то само прошло — вырос, наверно. А я вот ещё не выросла, как видно. Дело не в том, что я переживаю из-за отсутствия субординации, а дело вот в чём. Скажем, я дружу с некоторыми своими студентами. И рано или поздно наступает момент, когда доверие ко мне сравнивается с доверием в рамках группы, и студенты мне признаются: вот, Марина Сергеевна, когда вы сказали или сделали то-то и то-то, я убить вас была готова (был готов). Или очень сильно огорчилась (огорчился), обиделась (обиделся), ну и так далее. И про коллег моих тоже рассказывают, естественно. А попытаешься выразить чувства в ответ — все назад и — опа! я в домике, а вы, Марина Сергеевна, преподаватель и ни на какие чувства прав не имеете. Бе-бе-бе.

Вот не имей я порочной склонности дружить со студентами, жила бы себе и горя не знала. А так, понимаете ли, заморачиваюсь. Начинаю параноидно думать о каждом своём шаге и ответственности за тех, кого мы приручили. Да ещё и обижаюсь, что проявляться не дают. Ну, и так далее.

Такой вот забавный эффект. Наверно, от дружбы со своими студентами всё-таки больше вреда, чем пользы. И им, и мне.

Говорите со мной, друзья мои. Для меня это важно.

А вообще

Строго говоря, день хороший получился. Продуктивный. Всё сделала, что хотела, и даже больше. Вот только если бы во вторник вечером мой болтливый язык меня не подвёл, всё было бы совсем хорошо. Но, видимо, так не бывает.

Меня несколько пугает и озадачивает открытие последних дней, вроде бы простое и банальное, но ошарашивающее: чтобы быть полезной и доброй к людям, надо, чтобы люди были к этому готовы и имели схожую с моей систему конструктов. Я-то думала, что это подразумевается по умолчанию, ан нет. Видимо, моя система конструктов весьма универсальна, но всё-таки имеет выраженные индивидуальные черты. Из-за её универсальности я обнаруживаю эти черты только сейчас. Век живи, век лечись учись. Вы только вдумайтесь, дорогие коллеги и прочие сочувствующие, какое страшное открытие я сделала! Добрая я или нет, зависит не от меня, а от восприятия окружающих людей. Почему-то меня шокирует эта мысль. Я могу сколько угодно делать хороших, смешных, радостных штуковин, но всегда будут люди, которым это не поможет, потому что... ну, потому что не поможет. Клиницисты сказали бы, что это потому, что эти люди психопаты, гуманисты — что они обладают другим индивидуальным опытом. А я как гештальтист просто скажу — у меня это пока в голове не укладывается. Хотя вроде умная.

В голове играет второй концерт Рахманинова.

Жизненные задачи

Научиться не обижать других по пустякам — отличная задачка для личностного роста. Как раз лет так на сто-двести хватит.

На терапию, что ли, сходить? Или на исповедь? Или и туда, и туда?!

Про ценности

Вспомнилось вдруг. Когда я ещё собиралась проходить предзащиту и общалась с рецензентами, я подумала — а ведь грешно жаловаться на жизнь, когда ты можешь подписать диссертацию «Feci quod potui, faciant meliora potentes», а рецензент возвращает её с пометкой «Tutte le vie conducano a Roma». Дорогого стоит, между прочим.

Я флудер, я флудер

Я ем мандарины и читаю Бердяева. Какое странное сочетание. И вообще, кто бы мог подумать, что в двадцать шесть лет мне понравится читать Бердяева.

Какое трагическое несоответствие: в студенческие годы, когда у меня было полно свободного времени, сил и живости ума, плевать я хотела на Бердяева и его идеи. Равно как и на подавляющее большинство других философских идей. До чего всё-таки примитивным когнитивно недифференцированным было тогда моё мышление — убиться можно. Да и сейчас, в общем, не блещет. Прав был бессмертный классик, сказавший: все бабы дуры женское мышление конкретно и интуитивно.

Аналогии-аналогии

Нет, всё-таки это состояние перед защитой — прямо как беременность какая-то. Повышенная чувствительность к определённым стимулам, скачущее настроение, ментальный токсикоз! А как ещё назвать восприимчивость к определённым видам взаимодействия (вроде описанной уже реакции на попытку изменить другого), как не ментальным токсикозом.

Решительно не хватает внимания в комментах. Особенно мужского. Поговорить, блин, не с кем. Обо мне. О себе-то поговорить полно охотников. Хотя когда это мужчины разговаривали со мной обо мне? Это утопия.

И если кто-нибудь мне скажет, что поскольку я замужем, мне мужского внимания не положено, я решительно обижусь. Я и так страдаю оттого, например, что меня никто на вечеринках не танцует, потому что Волохонский. Раньше меня не танцевали, потому что не нравилась никому или боялись пригласить. А теперь — потому что Волохонский. Ррррррррр. А я так люблю танцевать с мужчинами. И вообще люблю мужчин. Они прикольные.

Гы!

«...Мои способности обнаруживались лишь тогда, когда умственный процесс шел от меня, когда я был в активном и творческом состоянии, и я не мог обнаружить способностей, когда нужно было пассивное усвоение и запоминание, когда процесс шел извне ко мне. Я, в сущности, никогда не мог ничего пассивно усвоить, просто заучить и запомнить, не мог поставить себя в положение человека, которому задана задача. Поэтому экзамен был для меня невыносимой вещью. Я не могу пассивно отвечать. Мне сейчас же хочется развить собственные мысли. По Закону Божьему я однажды получил на экзамене единицу при двенадцатибалльной системе. Это был случай небывалый в истории кадетского корпуса. Я никогда не мог бы конспектировать ни одной книги. И я, вероятно, срезался бы, если бы мне предложили конспектировать мою собственную книгу. Я очень много читал в течение всей моей жизни и очень разнообразно. Я читаю быстро и легко. С необычайной легкостью ориентируюсь в мире мысли данной книги, сразу же знаю, что к чему относится, в чем смысл книги. Но я читаю активно, а не пассивно, я непрерывно творчески реагирую на книгу и помню хорошо не столько содержание книги, сколько мысли, которые мне пришли в голову по поводу книги. Для меня это очень характерно...»

Может, мы зря ругаем студентов за то, что они ничего не в состоянии запомнить, а?.. :)))

Да, и ещё

Посмотрела фильм «Сумерки». Можете закидать меня тухлыми помидорами, но это отличный фильм. Он такой же смешной, дурацкий и романтичный, как и я сама.

Хотя главный герой, конечно, страшненький. И эта его помада ему совершенно не идёт!..